Поскольку эпоха насыщена событиями и занимает почти столетие, мы не видим смысла развивать один общий сюжет: по выбору игроков могут быть отыграны любые сюжеты, связанные с эпохой викторианства и относящиеся к любому временному отрезку долгого правления королевы Виктории на всем пространстве великой Британской империи.

Проект "Викторианское наследие" посвящен эпохе правления королевы Виктории (20 июня 1837 года - 22 января 1901). Приглашаются игроки, интересующиеся историей викторианской Англии. Мастеринг смешанный: активный в массовых квестах и пассивный в личных сюжетах игроков.

Викторианское наследие

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Викторианское наследие » Крик Банши » Нефритовые чётки


Нефритовые чётки

Сообщений 211 страница 240 из 289

211

Элис молчала. Да и что она могла сказать? Что рада тому факту, что ей не придется проводить время вместе с мистером Ломбардом? Но вряд ли, учитывая все происходящее, это можно было назвать радостью.
Сообщить хозяину острова, что он ужасный человек, что мысли и желания его чернее сажи в камине?
Что она надеется больше никогда в жизни не увидеть его.. или пожелать, чтобы планы мистера Ломбарда сорвались?
А быть может, сообщить ему, что презирает?.. или что Господь покарает его за содеянное?
Это все будет правдой, но как глупо, нелепо, по-детски это прозвучит! И тем более все это не сможет ранить "мистера Мартина", ведь если бы он боялся ее порицания, то и не затеял бы подобное.
А были ли они с Генри первыми, кто попал в эту ловушку? Или до них здесь были и другие несчастные, что приняли самое верное решение - отказались выполнять условия.. и умерли.
Элис все так же молча взяла конверт и бережно сжала в ладони склянку с лекарством. Но если женщина могла сдержать рвущиеся на волю слова, то усмирить свой взгляд была не в состоянии. Элис с ненавистью во взгляде посмотрела на мистера Ломбарда, развернулась и почти бегом бросилась в дом, в комнату, что выделили им.
Тридцать - час - десять - не есть..
Тридцать - час - десять - не есть..

+1

212

В комнате, где лежал капитан Кендал, царили полумрак и приятная прохлада: все ставни на окнах были закрыты, с внутренней стороны окон слуги успели установить полотняные экраны tatty, щедро обрызганные прохладной ароматической водой, а в углу на плетёном стуле сидел высохший от времени и солнца индус и мерно раскачивал punkah – большие полотнища из ткани на деревянных рамах, свисавшие с потолка.
Капитан Кендал лежал на широкой кровати совершенно недвижимо и надо было прислушиваться, чтобы понять, что он всё ещё дышит и что в его ьтеле по-прежнему теплится жизнь. Глаза у него были закрыты, черты лица обострились и лицо стало напоминать  высеченную из камня маску: в полумраке комнаты его загорелая кожа приобрела землистый оттенок. Под голову капитана  чья-то заботливая рука подложила подушку, а тело укрыла лёгким покрывалом из белого ситца. Всё вместе это напоминало статую, установленную на крышке мраморного саркофага, и могло напугать или привести в уныние чью-нибудь чувствительную душу. Но индус, раскачивавший punkah, смотрел прямо перед собой остекленевшим, полусонным взглядом и, казалось, даже не замечал присутствия неподвижного тела на кровати.

+1

213

Элис ворвалась в комнату и замерла на пороге.
У нее тут же защемило сердце и на глаза навернулись слезы, когда она увидела Генри: несчастного, беспомощного, больного. Совсем таким же она нашла его в Скутари.. как давно это было!
И как невероятно больно было смотреть на капитана в подобном состоянии. Еще и под этой отвратительной простыней – будто надгробие!
- Прочь! Уходите! – только напряженностью ситуации и ужасом, который охватил ее, можно было попытаться оправдать грубость женщины по отношению к слуге. Всегда мягкая и вежливая, Элис сейчас была не похожа на саму себя, но, признаться честно, ее это даже не слишком беспокоило. Слуги в этом доме были приставлены к ним сторожами и убийцами. Ведь если они с Генри откажутся выполнять ужасные условия, попытаются сбежать, то их убьют – мистер Ломбард четко дал это понять. Значит все слуги в этом доме – сообщники своего хозяина и не заслуживают уважения.
- Прочь! – она решительно указала индусу на дверь и тот ретировался. И только когда за ним закрылась дверь, Элис бросилась к Генри, вглядываясь в его недвижимое лицо. Аккуратно открыла склянку и отсчитала ровно столько капель, сколько велел мистер Ломбард, закрыла бутылочку, поставила на столик рядом с небрежно брошенным письмом, и только после этого, прижав к лицу ладонь капитана, заплакала.
Минуты тянулись одна за другой, мучительные, томительные. Закончились слезы, осталась лишь невыносимая тоска и мучительные мысли.
Через час Элис отсчитала еще десять капель и вновь замерла рядом с супругом, продолжая сжимать его ладонь в своих ладонях.

+1

214

Генри открыл глаза и увидел склоненное над ним лицо Элис: бледное, обеспокоенное, со следами слёз. Последнее, что он помнил - это как они с Ломбардом сидели за накрытым столом на залитой солнцем лужайке, а теперь он лежал в постели и вокруг царил полумрак. На мгновение его охватило ужасное чувство стыда: неужели он так напился, что слугам пришлось относить его в дом? Но ведь с ним никогда еще такого не бывало! Даже в бытность безусым кадетом и участвуя в офицерских пирушках он никогда не позволял себе доходить до положения риз, так что же случилось сегодня? Чувствовал он себя при этом довольно сносно - совсем не так, как чувствует себя человек, испытывающий тяжелое похмелье. Разве что немного ослабевшим, как после тяжелой работы, и сонным, но в остальном все было в полном порядке - даже голова не болела.
- Душа моя, что с вами? - спросил он, с тревогой вглядываясь в лицо любимой. - Почему вы плакали? И почему я здесь - я не помню, как мы возвращались в дом после пикника с мистером Ломбардом. Надеюсь, я не совершил ничего такого, что причинило бы вам боль и заставило стыдиться меня?

+1

215

Весь ужас ситуации, в которую они попали, на миг померк, стоило Генри открыть глаза и заговорить. У Элис вновь стеснило горло и она всхлипнула, но сдержала поток слез, только еще крепче сжала ладонь капитана и с тревогой вглядывалась в его лицо, опасаясь найти там следы болезни.
- Какое счастье!.. – выдохнула она и, в порыве чувств, принялась целовать лицо супруга и обнимать его. Ответить же на вопрос она смогла лишь через несколько минут, вновь взяв себя в руки. Но прежде того спохватилась. – Воды! Вам надо выпить целый стакан воды и не есть до самого утра! И, умоляю вас, не спрашивайте.. я все объясню.. прежде нужно выпить стакан воды!
И она протянула заранее заготовленный стакан, пусть уже не такой прохладной как час назад, воды капитану.
- И вы.. вы не сделали ничего.. это.. это мистер Ломбард.. он – мистер Мартин.. хотя это тоже не его настоящее имя.. – Элис принялась рассказывать сбивчиво, торопливо, не зная что можно говорить, а что нельзя в стенах этого дома, где за каждой стеной тебя могут подслушивать. – Это он отравил вас. И сделал это намеренно. А затем дал мне противоядие, но с условием.. а теперь он уже уехал.. сказал, что уедет.

+1

216

Генри, ошеломлённый новостями, залпом выпил воду из стакана, протянутого ему женой. С одной стороны, он и раньше подозревал Ломбарда в том что тот - тёмная лошадка, но тем не менее надеялся,  что его подозрения беспочвенны. Но оказалось, что дела обстоят даже хуже, чем он подозревал. Единственное, что его радовало в этих обстоятельствах - то, что Элис была с ним, живая и здоровая, и не пострадала от действий Ломбарда. Обняв жену, Генри крепко прижал ее к себе:
- Главное, что вы со мной, душа моя. А сейчас я пойду искать Ломбарда - и если найду, клянусь, что он поплатится за все, что сделал и даже за то, что только собирался сделать!
Отпустив Элис, Генри сел на кровати и стал искать сапоги, которые сняли с него слуги перед тем, как уложить в постель на свежие простыни и укрыть покрывалом.  Но сапог не было, - впрочем, Генри не могла остановить эта жалкая уловка. Вскочив с постели, он босиком бросился к своему саквояжу и стал рыться в нем в поисках револьвера.
- Вы не перекладывали мой револьвер? - спросил он Элис, когда понял, что его поиски тщетны. Но уже спрашивая, он в глубине души понимал, что револьвера не найдет, и что забрала его не Элис.

+1

217

Элис не мешала супругу метаться по комнате – она отлично понимала его. Понимала и то, что услышав продолжение ее рассказа, он разозлится на мистера Ломбарда еще сильнее. Но все это бесполезно..
- Я не знаю где ваш револьвер.. но в одном я уверена: его забрали слуги. Уверена я так же и в том, что наш багаж был тщательно обыскан, так что.. Генри, мне нужно рассказать вам о условии, которое я согласилась выполнить, чтобы мне дали противоядие для вас..
Миссис Кендал замолчала, собираясь с силами. Представить, что ей придется остаться одной, среди чужих людей!.. и ведь это ничем не лучше тех условий, что «предоставил» ей баронет Уайт. Да, там был старый, сырой дом, крохотная комната с большим замком и злобные слуги, наказывающие ее по малейшему поводу; здесь – дворец и исполнение почти любого ее каприза, однако.. без Генри это станет для нее каждодневным, невыносимым страданием.
- Я бы хотела поговорить на улице.. здесь душно, ужасно душно.. – Элис поднялась, пытаясь взглядом дать понять капитану, что истинная причина, по которой она хочет выйти из дома, заключается вовсе не в духоте. В руке она сжала конверт, в котором, видимо, были описаны все подробности злодеяние, что должен свершить Генри. – Вы не нашли свои сапоги?.. Так вот.. мистер Ломбард давно собирал о нас информацию, его осведомленность поражает. Он знает все о нашем прошлом: и про Гретна-Грин и Крымскую войну.. он намерено заманил нас в ловушку, рассчитывая дать вам одно поручение. А я должна уговорить вас сделать все, как велит этот человек.. и я согласилась передать его слова и этот.. этот конверт..
И только теперь женщина протянула супругу письмо, с трепетом ожидая того, что последует за этим.

+1

218

Генри схватил конверт и, сломав печать и надорвав его, вытащил листок писчей бумаги, густо исписанный мелким убористым почерком. По мере прочтения письма выражение его лица менялось от глубочайшего изумления до почти первобытной ярости. Не дочитав письмо, он сделал движение, как будто хотел порвать его, но передумал и, аккуратно сложив листок, вложил его обратно в конверт, а конверт спрятал в карман.
- Этот человек - чудовище и предатель, - объявил он. - Но вы уже и так это поняли, душа моя. Итак, у нас с вами совсем немного времени: на рассвете мне предстоит покинуть остров, чтобы выполнить то, о чем пишет этот отвратительный, бессовестный наглец. Разумеется, я ..
Тут Генри замолчал, обвел глазами комнату и сказал уже более спокойным голосом, но громче, чем прежде:
- Увы, любовь моя, выбора у меня нет: я не могу отказаться, так как на кон поставлена ваша жизнь.
Но при этом он сжал руку Элис так, как будто говорил ей: "Не верьте моим словам! Я вынужден это сказать, так как нас наверняка подслушивают"
Потом он обнял Элис и зашептал ей в самое ухо:
- Единственный выход для нас - бежать с острова, бежать немедля, нынешней ночью! Я еще не знаю, как нам это удастся сделать, мне надо все обдумать. Но вас я здесь не оставлю, так же как ничто не заставит меня сделать то, чего требует Ломбард

+1

219

Элис молча ждала пока Генри прочтет письмо и наблюдала как меняется выражение его лица. Сердце ее так быстро колотилось в груди, что готово было выпрыгнуть наружу, а в горле стоял комок.
Капитан был для нее последним лучиком света и она страшно боялась, что и он исчезнет из ее жизни. А какой тогда смысл?..
И Элис порывисто обняла супруга, прижимая к нему так крепко как только могла.
Бежать? Но как?.. куда? У них нет лодки – мистер Ломбард показал это, а еще ночью выпускают животных. Они просто не смогут добраться до другого берега. А если и доберутся, то там нет ни лошадей, ни экипажа.
- Мне так страшно.. – всхлипнула она и эти слова могли услышать те, кто их подслушивал. – Так страшно! И я.. я не хочу отпускать вас!.
Но если первая часть и вправду отражала состояние Элис, то последнюю фразу она сказала для «чужих ушей».
- Вы.. вы все же не хотите выйти на улицу подышать воздухом? Если у вас есть силы после всего перенесенного?

+1

220

Элис всегда понимала его с полуслова, как и он её - способность, которая выросла из их глубокой любви друг к другу, любви, прошедшей через огонь, воду и медные трубы. И Генри был готов сражаться за эту любовь до последнего вздоха. Он еще крепче сжал жену в объятиях и поцеловал, чувствуя как трепещет ее маленькое тело.
- Да, конечно: давайте выйдем на свежий воздух, тем более, что, по-видимому, уже наступил вечер и снаружи стало гораздо прохладнее. Надеюсь, что солнце только клонится к закату, и хищников не выпустили из их клеток.
Генри снова огляделся и на этот раз увидел, что у порога комнаты стоят его восточные расшитые туфли, которые он  надевал, находясь в доме. Что ж, хотя для долгих пеших переходов они не годились, все же это было лучше, чем идти босиком. По-видимому, в путь ему придется отправиться в них. Генри разжал объятия и направился к двери, чтобы обуться. Сунув ноги в туфли, он обернулся к Элис и бодрым голосом объявил:
- Я готов!

+1

221

Элис отпустила Генри и тут же ощутила некую пустоту. Будь ее воля и она вовсе никогда бы не отпускала супруга! Так бы и жили они, словно склеенные..
Глупо, конечно.. глупо! Нельзя насколько зависеть  друг от друга.
Но так хочется!
- Я тоже готова, - ответила Элис. – Только возьму с собой шаль: боюсь, что к вечеру с озера может тянуть сыростью и прохладой. К тому же мне бы хотелось посидеть с вами на берегу.. завтра нам расставаться, а после всего пережитого..
Женщина прерывисто вздохнула – и притворяться не пришлось, и тут же шагнула к саквояжу, раскрывая его. Искала шаль она не долго, но, вместе с объемной тканью, вынула из сумки и маленькую, не больше ладони, шкатулку, припрятанную обычно на самом дне. В этой шкатулке хранились немногие драгоценности, что взяла она с собой в поездку.
И шкатулка была так мала, что в свернутой шали ее совсем не было заметно.
- Пойдемте.. – Элис, сжимая шаль в левой руке, праву подала капитану. – Но только если вы и вправду уверены, что вам это по силам. И я.. я хотела попросить вас.. вы не дадите прочитать мне письмо? Знаю, что это некрасиво, ведь письмо адресовано вам, но..

+1

222

- Обязательно дам, только давайте сначала дойдем до берега- сказал Генри, снова целуя жену.
Из дома они вышли свободно и никто не попытался их остановить - по-видимому, соглядатаи были уверены в том, что с острова сбежать невозможно. Солнце уже скрылось за верхушками деревьев и на остров опустились прозрачные сумерки - предвестники скоротечного заката, а вместе с ними - и благословенная прохлада. В этот предзакатный час все смолкло, даже болтливые попугаи  и майны не оглашали своими криками и пением густые заросли дерев. Поэтому скрип песка под ногами пары звучал громче, чем обычно.
Отойдя от дома на приличное расстояние, Генри почувствовал себя свободнее и начал разговор о насущном:
- Я думаю, что нам надо проверить тайную комнату в храме: я слышал за ее дверью плеск воды - возможно, что там находится секретная пристань и лодка. Это было бы очень в духе Ломбарда, ведь он любит всякие загадки и фокусы. Что касается хищников из зверинца, главную опасность представляют львы - они ночные охотники. В охотничьем клубе как-то был разговор о том, какие запахи могут отпугнуть крупных диких кошек: называли перец, имбирь и куркуму, но я не уверен, что этому можно доверять. В любом случае мне надо раздобыть хоть какое-то оружие. Ночью я попытаюсь пробраться на кухню и отыскать там большой нож.
Генри остановился и схватил Элис за руки:
- Помните комнату с деревянным сипаем, в которую мы заходили во время первого осмотра дома? Кажется, у него на поясе висел кинжал… Как только вернемся в дом, надо будет сразу же проверить, так ли это!

+1

223

Весь остров казался Элис западней, но все же находиться на улице было гораздо приятнее, чем в доме: здесь хотя бы была видимость свободы.
- Вы думаете.. - женщина чуть помедлила, оглядываясь и желая убедиться, что из-за кустов за ними никто не подглядывает, - что мистер Ломбард играл с нами? Специально отвел в храм, давая намек.. или насмехаясь, издеваясь: мол, вот она - ваша свобода, так близко. Но вы о ней знать не знаете.
Что ж, следовало признать, подобные насмешки были в духе их гостеприимного хозяина. Ведь недаром он водил их по всему острову, показывая его ужасы.
- И я еще подумала.. в доме так много слуг и они, возможно, ждут, что вы попытаетесь спасти меня.. вдруг вас заметит кто-то на кухне? Не опасно ли лишний раз разгуливать по дому? Быть может нам.. нам прямо сейчас уплыть? Если мы найдем, конечно, лодку.. потому что иначе.. ах, Генри, я не уверена, что смогу доплыть до другого берега! Впрочем, я точно уверена, что не смогу.. - последние слова Элис прошептала совсем тихо, понимая, что ее слабость и отсутствие природных талантов к плаванию, служат угрозой их с капитаном благополучию.

+1

224

Генри отрицательно покачал головой:
- Сейчас нам нельзя даже и пытаться бежать, душа моя: за нами следят и сразу же отправят погоню. Нам надо спокойно поужинать (да, я помню, что мне ужинать нельзя, но вам ужин наверняка принесут). Ночью осуществить побег будет сложнее и проще одновременно: большая часть слуг заснёт, а внимание бодрствующих будет усыплено тем, что по острову разгуливают хищники из зверинца. И мне необходимо раздобыть оружие: без него мы не продержимся в джунглях и одного дня. Поэтому давайте вернемся в дом и сделаем вид, что всё идёт по плану, разработанному Ломбардом. Кстати, вы хотели с ним ознакомиться - извольте.
Генри вытащил из кармана конверт с письмом-инструкцией от Ломбарда, и протянул его Элис.

+1

225

- Что ж.. - пробормотала Элис немного расстроено. Сейчас они были вдвоем и могли бежать, а что будет ночью? Дикие животные.. опасные растения.. полная непредсказуемость. Но, конечно, это были лишь ее страхи и неуверенность. Генри, как мужчине и опытному военному, лучше знать как им поступить. И Элис готова была целиком и полностью довериться любимому. - Поступим так, как вы говорите.
Она улыбнулась капитану, хотя и понимала, что улыбка ее, должная быть уверенной и ободряющей, полна внутреннего страха.
К тому  же весь их план зависел от того найдут ли они лодку или нет. Ведь в противном случае ей все же придется остаться здесь, а Генри - уехать. Пусть даже потом он и будет искать возможность спасти ее.
Спасти.. но как он спасет ее, если даже не знает где находится этот ужасный остров! Ведь завтра утром капитана наверняка вновь опоят снотворным.
- Как я ненавижу мистера Ломбарда! - сорвалось у Элис с губ, но она тут же замолчала. Склонила голову и принялась читать присьмо.
Ничего нового и более интересного там не содержалось. С другой стороны, само это письмо служило доказательством злых намерений мистера Ломбарда и только поэтому письмо следовало сохранить.. иначе Элис тут же порвала бы его!
Несколько минут спустя она вернула лист бумаги Генри.
- Благодарю вас.. пройдемся к храму?

+1

226

Генри спрятал письмо обратно в карман: он должен был сохранить его, чтобы показать генерал-губернатору Индии, когда вернется в Калькутту, чтобы известить его о готовящемся покушении. Ведь такие, как Ломбард, никогда не останавливаются, и если сорвется одно покушение, начинают тут же готовить следующее.
Он медленно повел Элис к Храму, прислушиваясь к тому, что происходило вокруг и пытаясь понять, не следует ли за ними какой-нибудь соглядатай. Но все было по-прежнему тихо: ночные животные еще не проснулись, а дневные готовились ко сну. И даже песок больше не хрустел под ногами, так как пара вышла на заросшую травой тропинку.
Внутри храма все было как в их первое посещение: вокруг статуи Вишну мягко сияли масляные светильники, а сам бог спал, подложив руку под голову. Генри огляделся в поисках чего-нибудь, что могло бы послужить рычагом и помочь ему взломать дверь таинственной комнаты, за которой он слышал плеск воды, и увидел, что в углу стоит железный прут, прислоненный к стене. Он тут же схватил его и показал Элис:
- Попробую взломать дверь в конце коридора!
И тут же услышал мягкий, насмешливый голос Ломбарда:
- Как вы предсказуемы, капитан! Правду говорят, что все извилины в головах военных - прямые. Я был уверен, что вы попытаетесь сбежать и первое, что сделаете - пойдете к храму.
Генри сжал в руках железный прут, чувствуя, как к голове прихлынула горячая волна крови:
- Спрячьтесь за статуей, душа моя, - процедил он сквозь зубы, по-прежнему глядя на Ломбарда, поигрывавшего тяжелой тростью. - Сейчас я вобью в зубы этому негодяю его же собственные слова.
Ломбард никак не отреагировал на это: лишь перестал вращать в руке трость и перехватил ее так, как будто собирался отразить удар.

+1

227

Хотя Элис и испытывала к Генри и его решениям безграничное доверие, все же ей было страшно. Она боялась, что план их сорвется, что слуги увидят, проследят.. и ей придется остаться на острове.
Едва они вступили в храм женщина выдохнула: ей показалось, что здесь спокойнее и безопаснее, чем снаружи. Но как же она ошибалась!
Пораженная и удивленная, Элис сделала несколько шагов назад, судорожно прижимая к груди шаль и шкатулку.
Как она могла поверить мистеру Ломбарду! Какая же она глупая!
Уехал.. хитрый, злой человек - он все предусмотрел, все знал заранее! И теперь стоял здесь.. издевался..
Сердце в груди замерло, дыхание перехватило. Широко раскрытыми глазами смотрела женщина на мужчин и в ужасе представляла что сейчас произойдет.

+1

228

Генри бросился на Ломбарда, держа в руке железный прут, как саблю, и намереваясь нанести рубящий удар, но Ломбард играючи парировал его тростью и отпрыгнул в сторону, заставив противника по инерции налететь на стену. За несколько секунд, которые понадобились Генри, чтобы прийти в себя и развернуться, Ломбард успел отвинтить серебряный набалдашник трости и вытащить из нее скрытый в рукояти кинжал с тонким восьмидюймовым лезвием. Держа в правой руке кинжал, а в левой - трость, он с улыбкой двинулся на Генри, переступая с грацией хищной кошки и, сделав обманный замах тростью, выбросил вперед левую руку и рассек лезвием кинжала рукав капитанского мундира. У Генри мелькнула мысль, что Ломбард просто играл с ним, и если бы захотел - серьёзно ранил бы его в руку. Но удар был так точно рассчитан, что лезвие разрезало ткань мундира и рубашки, но даже не оцарапало кожу. Противники стали кружить по небольшому пятачку каменного пола, освещенному масляными светильниками: Генри - выставив перед собой железный прут, который он держал обеими руками, а Ломбард - опустив трость и держа наготове кинжал. С его лица не сходила любезная улыбка, которая в данных обстоятельствах больше походила на насмешку и выводила Генри из себя, заставляя терять хладнокровие, столь необходимое во время схватки с врагом. Краем глаза он заметил, что Элис не послушалась его и продолжала стоять на виду вместо того, чтобы спрятаться за статуей лежащего бога. Это тоже его нервировало, но он не позволил себе отвлекаться и сосредоточился на противнике, пытаясь уловить тот момент, когда Ломбард снова пойдет в атаку.
- Неужели вы пришли сюда один? - крикнул Генри, пытаясь вывести Ломбарда из равновесия и одновременно выяснить истинное положение дел. - Где же ваши безмолвные подручные?
- Чтобы разобраться с вами, помощь мне не потребуется, - с презрительной усмешкой отпарировал Ломбард и его левая рука, державшая трость и до сих пор расслабленно свисавшая вдоль тела, взметнулась вверх. Короткий свист трости, рассекшей воздух - и на плечо Генри обрушился удар, от которого он на мгновение оцепенел, а затем огненная волна боли обожгла плечо и он рухнул на колени, согнувшись так, что его лоб почти коснулся пола.

+1

229

Элис вздрагивала каждый раз, когда мистер Ломбард наносил удар; и каждый раз, когда выпад делал Генри, внутри разжигалась надежда: вот.. сейчас..
И вновь страх сковывал ее сердце льдом.
Этот мистер Ломбард, хитрый, коварный человек, был крайне искусным бойцом, если мог так легко ускользать от ударов военного, побывавшего не в одном бою и прошедшего настящий кошмар.
Капитана Кендала ранили в руку и, хотя крови в полумраке видно не было, из груди Элис вырвался глухой стон. Но когда Генри достался удар, от которого он рухнул на землю, женщина вскрикнула и бросилась вперед.
- Хватит! Прекратите! - воскликнула она, судорожно прижимая шаль к груди. Голос Элис дрожал, но она была в этой ситуации совершенно беспомощна.

+1

230

Ломбард наступил на левую руку Генри, которая оставалась неповрежденной, и обернулся к Элис. Его лицо было абсолютно спокойно и лишено даже проблеска какой-либо эмоции.
- Разве не должна жена повиноваться мужу своему? - спросил он с напускным удивлением. - Почему вы все еще здесь, сударыня, ведь капитан Кендал приказал вам укрыться за статуей. Но не волнуйтесь так сильно: я не имею намерения вышибить из головы вашего мужа тот скудный запас мозгов, которыми наградили его родители и скупая на милости природа. Я просто хотел показать ему, что сопротивляться бесполезно. Это был первый урок, который он получил - в некотором смысле предупреждение на ближайшее будущее. если он вздумает продолжать в том же духе, что начал - второй урок будет гораздо более суровым.
Пока Ломбард говорил с Элис, Генри собирался с силами. Осторожно пошевелив правым плечом, по которому ударила трость Ломбарда, он убедился, что оно действует, а боль уже не такая острая, какой была сразу после удара. В любом случае она не шла ни в какое сравнение с болью от раны, нанесенной саблей или пулей, и Генри стиснул зубы и  толкнул Ломбарда правой рукой так сильно, насколько позволяла ему боль в плече. Ломбард, не ожидавший ничего подобного, пошатнулся и сделал шаг назад, и это дало Генри небольшое преимущество. Вскочив на ноги, он бросился на Ломбарда, как разъяренный бык, и повалил его на спину. Генри был выше и крупнее Ломбарда и, придавив коленом его грудь, схватил за волосы и несколько раз ударил затылком о каменный пол. Ломбард дернулся и затих, а Генри встал и, тяжело дыша, уставился на него, пытаясь понять, потерял ли его враг сознание или умер. Ему вспомнился разговор, который они как-то вели во время прогулки - о том, испытывает ли угрызения совести человек, убивая другого. Сейчас он не испытывал даже малейших угрызений или сожалений и даже почувствовал лёгкий укол разочарования, когда Ломбард застонал, не открывая глаз.
- Хорошо бы его связать и заткнуть рот кляпом, - сказал Генри, обращаясь к Элис. - Есть у вас что-нибудь, что могло бы послужить вместо веревки?*
Спросив об этом, Генри вытащил из кармана носовой платок и, скомкав его, сунул в рот Ломбарду.

*офф

:whistle:

+1

231

Каждое слово мистера Ломбарда было словно удар.- и Элис непроизвольно вздрагивала и делала крохотные шажки назад. Но когда голова их мучителя соприкоснулась с полом, женщина закрыла глаза.
Ей самой приходилось убивать, чтобы выжить, но вид страданий других людей, даже самых ужасных, не доставлял ей радости. Хотя, безусловно, лучше пусть погибнут другие, чем Генри. Она просто пытаются выжить...
- У меня.. - Элис запнулась на миг, понимая, что у нее нет ничего подходящего. - Вот только если шаль порвать.. разрезать на полосы.. да еще пояс можно снять.. лента выглядит довольно прочно.. возьмите!
Миссис Кендал сглотнула, словно пыталась проглотить комок в горле, и  дрогнувшим голосом спросила:
- Вам очень больно? - она хотела броситься к Генри, обнять его, но боялась помешать. Ведь мистер Ломбард коварен и сейчас нужно было обезвредить его.

+1

232

- Шаль мы портить не будем: слишком много чести для этого негодяя, если ради того, чтобы связать его грязные руки, придется разрезать такую красивую вещь, - сказал Генри. - Дайте мне пояс и ленту тоже.
Перевернув Ломбарда на живот, он связал ему руки за спиной, постаравшись затянуть узлы как можно туже. Ломбард уже не стонал, а натужно мычал, извиваясь всем телом, как червяк, но кляп не давал ему возможности крикнуть и позвать на помощь. Генри забрал у Ломбарда кинжал и трость, закрутив её серебряный набалдашник в виде головы королевской кобры, раздувшей капюшон. Железный прут он тоже решил прихватить с собой, чтобы попытаться с его помощью взломать дверь, ведущую в тайную комнату. Подхватив Ломбарда под мышки, Генри затащил его за статую Вишну и оставил там, вне поля зрения того или тех, кто мог бы заглянуть в храм снаружи. Короткая схватка с Ломбардом радикально изменила его первоначальный план: он понимал , что теперь им с Элис нельзя возвращаться в дом, чтобы подготовиться к побегу, и был уверен, что и Элис это тоже понимала. Не тратя слов и времени на ненужные объяснения, он взял жену под руку и повел по темному узкому коридору к потайной двери, думая о том, удастся ли ему справиться с запертым замком. Но все оказалось гораздо проще: как только он прикоснулся к двери, ее створки распахнулись. По-видимому, Ломбард собирался покинуть остров именно этим путём и заранее отпер замок.
За дверью была короткая каменная лестница, нижние ступени которой скрывались в воде. А на воде покачивалась маленькая лодка, привязанная к каменному столбику, похожему на коновязь. Генри спустился по ступеням, зайдя в воду по колена, и подтащил лодку к Элис, чтобы она смогла перебраться в нее, не замочив обувь и юбки. Перерезав кинжалом Ломбарда веревку, которой была привязана лодка, он взял весла и, превозмогая боль в плече, стал грести, направляя лодку к тусклому пятну света, указывавшему на выход из мрачного подземелья.

+1

233

Элис отдала Генри все, что он просил. Понадобилось и она не только шаль ему вручила, но и сняла бы нижние юбки, чтобы разрезать их на длинные полосы – почему-то это слишком поздно пришло ей в голову.
А дальше миссис Кендал старалась просто не мешать своему супругу. Она молча делала все, что он говорил, старалась помогать или, по крайней мере, не быть ему непосильной обузой. Про больное плечо она больше не спрашивала – знала, что если Генри не ответил в первый раз, то лучше выждать, прежде чем спросить у него во второй.
Лодка мерно покачивалась на воде. Элис сидела вся напряженная, собранная. Она понимала, что видимая свобода, которую они обрели в тот момент, когда мистер Ломбард был повержен капитаном, лишь обман. Слуги в любой момент смогут заметить лодку.. они поймут, что что-то не так.. освободят злодея.. кинут в погоню.. а Генри ранен..
Женщина обернулась несколько раз, но в темноте вокруг почти ничего не смогла рассмотреть и едва увидела причал, от которого они недавно отошли. А когда лодочка вырвалась из подземелья, то Элис зажмурилась – таким вдруг ярким показался ей вечерний свет.

+1

234

Солнце еще не успело опуститься за горизонт, и это было и хорошо, и плохо одновременно. Хорошо, потому что Генри видел, куда направлял лодку, плохо, потому что их с Элис могли заметить с острова. Впрочем, пока он не слышал криков, которые бы указали на то, что их бегство обнаружено и за ними отправляется погоня. Подумав об этом, Генри усмехнулся, вспомнив, что все слуги  в поместье были немыми и в любом случае не смогли бы закричать. С другой стороны, они могли только притворяться немыми! Как бы ни обстояли дела на самом деле, вокруг было тихо, и эту тишину нарушали лишь мягкие шлепки весел о воду.
Генри заранее выбрал место на берегу, к которому собирался причалить, и держал на него курс, изредка оглядываясь, чтобы не сбиться. Медленно тянулись минуты, казавшиеся капитану вечностью: хотя он и старался, как мог, остров, с которого они с Элис сбежали, удалялся недостаточно быстро, и так же медленно сокращалось расстояние между лодкой и берегом. Генри думал о том, что они с Элис будут делать дальше, и перспективы казались ему все более мрачными: у них не было с собой ни завалящего сухаря, чтобы разделить его и утолить голод, ни фляжки с водой, ни надежного оружия, ни походной обуви, ни денег, которыми можно было бы расплатиться с местными жителями за кров, еду и, главное, лошадей или хотя бы мулов. Из огня да в полымя попали, - так, наверное, сказал бы Перкинс, узнав, что происходит с ними. Генри вздохнул, вспомнив о Перкинсе: присутствие денщика было бы совсем не лишним! Перкинс всегда появлялся в самые неожиданные моменты, как бог на сцене древнегреческого театра, и Генри даже оглянулся на берег, чтобы посмотреть - не ждет ли его там верный денщик, а с ним - лошади, оружие и солидный запас провианта, достаточный для  продолжительного марш-брошка по пересеченной местности. Увы, берег был пуст, но хорошей новостью было то, что до него оставалось не более четверти мили. Генри стал грести быстрее, ободряюще улыбнувшись Элис, но по-прежнему храня молчание.

+1

235

Впрочем, солнце уже не было таким ярким, как днем и у Элис, несмотря на все проблемы, в голове промелькнула парадоксальная мысль: как хорошо! Ведь хотя у нее и была шляпка, но не было зонтика. А без зонтика в Индии кожа очень быстро покроется ужасными коричневыми пятнами.
И тут же еще одна мысль: если бы это было их единственной проблемой, то она согласилась бы целиком и полностью стать коричневой, будто эфиопка! Только бы выбраться отсюда, только бы с Генри все было в порядке.. только бы им не разлучаться..
- Уверена, - начала разговор Элис и, хотя голос ее и дрогнул, она тут же постаралась взять себя в руки, - что если мы пойдем вдоль берега реки, то быстро найдем какое-нибудь поселение где нам помогут. Ведь наверняка такое большое озеро подпитывается рекой.. а то и не одной.
Не выдержав, она тоже оглянулась на остров: мысли, что их могут увидеть слуги, не покидала ее.

+1

236

- Будем надеяться, что мир не без добрых людей, и что мы их встретим, - лаконично ответил Генри.
Он подвёл лодку к берегу, и когда она заскребла днищем по отмели, первым выскочил из нее и помог выйти Элис. За небольшой отмелью берег круто поднимался вверх, образуя высокий уступ, но в этом уступе были выкопаны ступени, укрепленные деревянными досками. Генри подал руку жене и вместе они поднялись наверх и остановились, услышав чьи-то голоса, раздававшиеся из-за полосы высоких деревьев, между которыми рос густой подлесок, полностью скрывавший собеседников. Разговаривали двое, и разговор велся на хинди. Генри напряг слух и сумел разобрать, что речь шла о Ломбарде: слуги недоумевали, почему их сахиб так задерживался. Щатем Генри услышав слово, обозначавшее шар, и подумал, что ошибся: о каком шаре могла идти речь?
- Странно, - прошептал он на ухо Элис. - Мне показалось, что они упомянули шар, но я не понимаю, что это могло бы значить.

+1

237

Элис опустила глаза: конечно, рассчитывать на чужую помощь было так беспечно с ее стороны. Но все же.. жители Индии казались ей очень добрыми по своей натуре и, к тому же, у нее были драгоценности в шкатулке, которые она взяла с собой, так что они в любом случае могли отблагодарить тех, кто не бросит их в беде.
В последний раз обернувшись на остров (ей даже показалось, что она увидела какое-то движение.. но – показалось) Элис торопливо последовала за супругом, резко остановившись, едва зазвучали голоса людей.
Глупо.. конечно, с этой стороны так же находятся слуги мистера Ломбарда! Женщина даже затаила дыхание, а после чуть пожала плечами: ее вовсе не интересовали никакие шары.
- Мы пойдем в другую от них сторону? – так же тихо, будто ветерок колышет листья, спросила она у супруга, прошептав эти слова ему на ухо.

+1

238

Генри хотел так же тихо ответить, что да, конечно! Им надо как можно быстрей и бесшумней скрыться в лесу и постараться уйти от этого места как можно дальше. Но подняв голову, он увидел, как над верхушками деревьев колышется огромный полосатый шар, и обомлел.
- Смотрите! - прошептал он, хватая Элис за руку, а другой указывая вверх. - Это же... Это же монгольфьер или шарльер! Так вот о каком шаре говорили эти люди!
Он лихорадочно соображал, пытаясь понять, что им дает это открытие. О полётах воздушных шаров, наполняемых теплым воздухом или водородом, он, конечно же, слышал и читал в газетах, а однажды даже сам поднялся на таком шаре над Темзой. Но тогда это был просто аттракцион, и шар никуда не летел, потому что был привязан веревками к опоре, прочно укрепленной на земле. А этот шар явно предназначался для полёта, и лететь на нём должен был Ломбард. И если им с Элис удастся пробраться в корзину и улететь... Риск был огромен, но не больше того, которому они подверглись бы, отдав себя на волю голода и хищных зверей. К тому же погоню за ними обязательно пустят - и это будут не только слуги, а скорее всего - слуги с охотничьими гепардами, ведь недаром Ломбард упомянул о том, что в поместье содержались гепарды, которых якобы забрал с собой на охоту мифический хозяин поместья.
- Любовь моя, - сказал Генри, глядя в глаза Элис и взяв ее руки в свои. - Я знаю, что вы храбрее большинства женщин и многих мужчин, а сейчас на кону стоит наша жизнь. Вам надо пойти к тем людям и отвлечь их внимание на себя, а я нападу на них и постараюсь обездвижить.

+1

239

Элис самым неблаговидным образом открыла рот и широко распахнула глаза, глядя на огромный шар, покачивающийся над верхушками деревьев. Она ожидала увидеть здесь все, что угодно, но только не нечто подобное!
И она слышала, но..
Здесь! В Индии!
Женщина с трудом отвела взгляд от чудесного видения и посмотрела на супруга. В первый миг она не поняла что он имеет в виду, но когда осознала, то чуть было не ахнула. Но вовремя сдержалась, понимая, что сейчас она должна быть помощницей своему супругу, но не тем, кто ему мешает.
- Х-хорошо… да, я сделаю все, что вы велите.. мне подождать пока вы займете нужную позицию?.. до скольки мне посчитать?

+1

240

- Я подам вам знак, - торопливо сказал Генри, и задумался, какой именно знак он мог бы подать, находясь вне поля зрения жены, причем так, чтобы не вызвать подозрений у слуг, охранявших воздушный шар. Некоторые охотники умели подражать крику птиц - он лично знал одного джентльмена, который умел имитировать ток глухаря. Но сам он такими умениями не обладал и максимум, что на что был способен - прокукарекать петухом или прокуковать кукушкой, да и то не слишком убедительно. Но выбора не было, и он остановил свой выбор на кукушке.
- Ждите здесь, а когда услышите, как я прокуковал три раза, выходите к воздушному шару.
Генри сунул кинжал за пояс, взвесил в руке трость и нырнул в густые заросли, оставив Элис одну. Голоса слуг становились все громче: теперь он мог разобрать каждое слово. Сейчас они обсуждали возможность того, что сахиб передумал подниматься в небо нынешним вечером, а значит, им придется ночевать прямо здесь, на берегу, и пропустить ужин в большом доме. Такая перспектива явно их не радовала, но ни один не осмелился сказать худое слово в адрес сахиба. Генри подкрался максимально близко и притаился за кустом, а затем громко прокуковал три раза. Слуги тут же замолчали и дружно посмотрели в его сторону.
- Кто это был? - спросил один, вытягивая шею.
- Не знаю... - дрогнувшим голосом ответил второй, сделав такое движение, как будто хотел спрятаться за спину товарища. - Ох... ох... да смилостивится над нами великий Вишну! Что, если это ракшас?*

*Ракшасы - злые духи в мифологии Индии, коварные демоны-людоеды, сотворенные Брахмой для охраны воды

+1


Вы здесь » Викторианское наследие » Крик Банши » Нефритовые чётки